как звук создаёт мир для тех, кто его не видит
«Невидимое кино»
Дети видят, что их уникальные способности востребованы, что они могут создавать продукт лучше, чем у зрячих
Как создать фильм для тех, кто его не видит? Можно ли с помощью одного звука нарисовать мир ярче самой панорамной картины?
Ответы на эти вопросы рождаются в уникальном эксперименте — проекте «Невидимое кино».
Это полностью инклюзивный процесс, где авторами выступают дети с нарушениями зрения.
Их главным инструментом стали микрофоны отечественной компании «Октава ДМ», технологического партнёра Госкорпорации Ростех. О том, как на легендарном российском оборудовании рождается «кино для ушей», мы поговорили с руководителем проекта Павлом Морозовым.
Расскажите, с чего началась ваша Киномастерская и в чем её основная миссия?
Я открыл мастерскую в 2013 году в Москве. Моя основная квалификация — сценарист, и главной задачей было создание авторского игрового видеоконтента с детьми. Со временем, получив опыт и образование в операторском и звукорежиссёрском деле, мы стали полноценной студией, где дети учатся воплощать текст и в изображении, и в звуке. С 2018 года проводим бесплатные мероприятия для детей по всей России.
Современные дети выросли в эпоху MP3 и не знают, что такое качественный звук. Они потребляют контент через дешёвые наушники и динамики, где работа инженеров и тонкости записи теряются. Мы хотим познакомить молодое поколение с богатством звукового мира.
Как вы пришли к идее проекта для незрячих детей?
Это был профессиональный интерес. Мы хотели показать возможности звука, создать многоплановые, сложные звукошумовые партитуры, которые рассказывают историю не меньше, чем изображение. Лучшие помощники и соавторы в этом — дети, для которых слух — основной канал восприятия мира. Их слух предельно обострён, они живут в мире звуков и понимают его глубже.
Ответы на эти вопросы рождаются в уникальном эксперименте — проекте «Невидимое кино».
Это полностью инклюзивный процесс, где авторами выступают дети с нарушениями зрения.
Их главным инструментом стали микрофоны отечественной компании «Октава ДМ», технологического партнёра Госкорпорации Ростех. О том, как на легендарном российском оборудовании рождается «кино для ушей», мы поговорили с руководителем проекта Павлом Морозовым.
Расскажите, с чего началась ваша Киномастерская и в чем её основная миссия?
Я открыл мастерскую в 2013 году в Москве. Моя основная квалификация — сценарист, и главной задачей было создание авторского игрового видеоконтента с детьми. Со временем, получив опыт и образование в операторском и звукорежиссёрском деле, мы стали полноценной студией, где дети учатся воплощать текст и в изображении, и в звуке. С 2018 года проводим бесплатные мероприятия для детей по всей России.
Современные дети выросли в эпоху MP3 и не знают, что такое качественный звук. Они потребляют контент через дешёвые наушники и динамики, где работа инженеров и тонкости записи теряются. Мы хотим познакомить молодое поколение с богатством звукового мира.
Как вы пришли к идее проекта для незрячих детей?
Это был профессиональный интерес. Мы хотели показать возможности звука, создать многоплановые, сложные звукошумовые партитуры, которые рассказывают историю не меньше, чем изображение. Лучшие помощники и соавторы в этом — дети, для которых слух — основной канал восприятия мира. Их слух предельно обострён, они живут в мире звуков и понимают его глубже.
У вас есть инклюзивная лаборатория «Невидимое кино». Расскажите подробнее о проекте
Это проект для незрячих и слабовидящих детей, который мы придумали вместе с педагогом Юлией Войта на детском медиафестивале.
Первый курс провели в Екатеринбурге при поддержке Всероссийского детского фонда. Мы пригласили два уральских специнтерната и поставили задачу — создать оригинальную радиопостановку.
Сейчас мы на стадии монтажа первого пилотного ролика. Для нас важен не столько результат, сколько сам процесс: мы нарабатываем методику, понимаем, сколько нужно времени и как эффективнее работать.
Почему радиопостановка — ваш любимый формат? В чем ее уникальность по сравнению с аудиокнигой или аудиоспектаклем?
Всё просто: это три совершенно разных мира. Аудиокнига — это чтение текста, пусть даже талантливыми актёрами.
Аудиоспектакль — уже ближе к театру, с пояснениями, что происходит «за кадром» (тифлокомментирование).
А радиопостановка — чистая драматургия: история живёт только за счёт диалогов и звуковых эффектов.
Пример: «Раздаётся стук. — Кто там? — Дверь открывается. — Можно к вам? — А, Степан Игоревич, проходите, садитесь за этот красный стол».
Текст сам ведёт слушателя — без лишних пояснений.
Это проект для незрячих и слабовидящих детей, который мы придумали вместе с педагогом Юлией Войта на детском медиафестивале.
Первый курс провели в Екатеринбурге при поддержке Всероссийского детского фонда. Мы пригласили два уральских специнтерната и поставили задачу — создать оригинальную радиопостановку.
Сейчас мы на стадии монтажа первого пилотного ролика. Для нас важен не столько результат, сколько сам процесс: мы нарабатываем методику, понимаем, сколько нужно времени и как эффективнее работать.
Почему радиопостановка — ваш любимый формат? В чем ее уникальность по сравнению с аудиокнигой или аудиоспектаклем?
Всё просто: это три совершенно разных мира. Аудиокнига — это чтение текста, пусть даже талантливыми актёрами.
Аудиоспектакль — уже ближе к театру, с пояснениями, что происходит «за кадром» (тифлокомментирование).
А радиопостановка — чистая драматургия: история живёт только за счёт диалогов и звуковых эффектов.
Пример: «Раздаётся стук. — Кто там? — Дверь открывается. — Можно к вам? — А, Степан Игоревич, проходите, садитесь за этот красный стол».
Текст сам ведёт слушателя — без лишних пояснений.
Как проходила работа с детьми?
Мы разделили ребят на группы. Одна выходила с рекордерами на улицу, чтобы записывать шумы: трамваи, остановки, городскую среду. Другая группа записывала голоса. Мы работали над простой драматической историей про подростков на остановке.
Самым сложным на старте были организационные моменты: дать каждому ребёнку потрогать микрофон, объяснить дистанцию для записи. Мы поняли, что такой проект не может быть массовым — 12 человек уже серьёзная группа, требующая максимального внимания.
Главное открытие — психологических барьеров не существует. Общение было лёгким, дети быстро освоили типы микрофонов, их направленность и чувствительность. Я учусь у них, не они у меня.
Почему выбор пал на аналоговую технику?
Я сознательно приглашал партнёров с аналоговой техникой — катушечными магнитофонами, микшерскими пультами с кнопками. Сначала я думал, что незрячие дети не смогут работать с компьютерами, но ошибался. Ребята успешно пользуются скринридерами — программами, озвучивающими интерфейс. Абсолютно незрячие подростки 16–18 лет прекрасно справлялись с нелинейным монтажом.
При этом мы предпочитаем отечественных производителей. В проекте используются микрофоны тульской компании «Октава ДМ» (партнёр Ростеха). Их оборудование органично встроилось в рабочий процесс, подтвердив высокий уровень российской аудиотехники.
Какие модели применялись и какие задачи решали?
В основном, это были модели Октава МК-115 и МК-012. Первый использовался для записи одного актера. Он очень прозрачный, открытый, отлично снимает высокие частоты и дыхание. Для того конкретного голоса, который мы записывали, он подошел идеально. Это вопрос характера микрофона. А МК-012 — это наша рабочая лошадка для записи музыкальных инструментов. Мы записывали на него укулеле, рояль. Он отлично справляется с задачами записи шумов и музыки для наших фильмов.
Также у меня есть положительный опыт работы с МК-207. Мы использовали его в «музыкальной гостиной» на одном из мероприятий для записи вокала в живом исполнении. Очень понравился его характер и простота использования.
Мы разделили ребят на группы. Одна выходила с рекордерами на улицу, чтобы записывать шумы: трамваи, остановки, городскую среду. Другая группа записывала голоса. Мы работали над простой драматической историей про подростков на остановке.
Самым сложным на старте были организационные моменты: дать каждому ребёнку потрогать микрофон, объяснить дистанцию для записи. Мы поняли, что такой проект не может быть массовым — 12 человек уже серьёзная группа, требующая максимального внимания.
Главное открытие — психологических барьеров не существует. Общение было лёгким, дети быстро освоили типы микрофонов, их направленность и чувствительность. Я учусь у них, не они у меня.
Почему выбор пал на аналоговую технику?
Я сознательно приглашал партнёров с аналоговой техникой — катушечными магнитофонами, микшерскими пультами с кнопками. Сначала я думал, что незрячие дети не смогут работать с компьютерами, но ошибался. Ребята успешно пользуются скринридерами — программами, озвучивающими интерфейс. Абсолютно незрячие подростки 16–18 лет прекрасно справлялись с нелинейным монтажом.
При этом мы предпочитаем отечественных производителей. В проекте используются микрофоны тульской компании «Октава ДМ» (партнёр Ростеха). Их оборудование органично встроилось в рабочий процесс, подтвердив высокий уровень российской аудиотехники.
Какие модели применялись и какие задачи решали?
В основном, это были модели Октава МК-115 и МК-012. Первый использовался для записи одного актера. Он очень прозрачный, открытый, отлично снимает высокие частоты и дыхание. Для того конкретного голоса, который мы записывали, он подошел идеально. Это вопрос характера микрофона. А МК-012 — это наша рабочая лошадка для записи музыкальных инструментов. Мы записывали на него укулеле, рояль. Он отлично справляется с задачами записи шумов и музыки для наших фильмов.
Также у меня есть положительный опыт работы с МК-207. Мы использовали его в «музыкальной гостиной» на одном из мероприятий для записи вокала в живом исполнении. Очень понравился его характер и простота использования.
Как минимизируете правки на пост-продакшене?
Стараемся решать всё на этапе записи. Дети слушают, как один и тот же голос или инструмент звучит в разные микрофоны, сравнивают в наушниках и сами выбирают оптимальный вариант. Это бесценный практический опыт. При этом, лично я всегда стараюсь поддерживать отечественных производителей. Сейчас это особенно актуально.
Какие планы по проекту «Невидимое кино»?
Планируем масштабирование через гранты и поддержку Всероссийского общества слепых. Год будем работать исключительно с незрячими детьми, чтобы отточить подход, а потом привлекать зрячих.
Дети видят, что их уникальные способности востребованы, что они могут создавать продукт, лучше чем у зрячих. Мы не делаем за них — мы создаём условия для самостоятельного творчества. Это меняет их восприятие себя и окружающих.
Автор: Мария Шашихина
Стараемся решать всё на этапе записи. Дети слушают, как один и тот же голос или инструмент звучит в разные микрофоны, сравнивают в наушниках и сами выбирают оптимальный вариант. Это бесценный практический опыт. При этом, лично я всегда стараюсь поддерживать отечественных производителей. Сейчас это особенно актуально.
Какие планы по проекту «Невидимое кино»?
Планируем масштабирование через гранты и поддержку Всероссийского общества слепых. Год будем работать исключительно с незрячими детьми, чтобы отточить подход, а потом привлекать зрячих.
Дети видят, что их уникальные способности востребованы, что они могут создавать продукт, лучше чем у зрячих. Мы не делаем за них — мы создаём условия для самостоятельного творчества. Это меняет их восприятие себя и окружающих.
Автор: Мария Шашихина
